Уходя, не оглядывайся  - Джеймс Хедли Чейз

– Что тебе здесь нужно? – спросил я резким тоном.

Рикс взглянул на меня и, отпихнув собаку ногой, скривился.

– Есть вести от Карла?

– Нет.

– А она – здесь?

– Если ты имеешь в виду миссис Йенсен, то она утром уехала в Вентуорт. В чем дело?

Вдруг собака повернула голову и уставилась на верстак, который стоял на могиле Йенсена. Она подошла поближе и начала принюхиваться. Я почувствовал, как у меня похолодела спина.

– Я все еще сижу без пенсии, – сказал Рикс, – и у меня кончаются деньги.

– Ничем не могу помочь.

Собака осторожно начала царапать землю и, найдя мягкий грунт, принялась рыть всерьез. Рикс повернулся и уставился на собаку.

– Черт меня побери! Я никогда не видел, чтобы Цезарь делал что-нибудь подобное.

Он подошел к собаке и пинком отбросил ее ко входу.

– У меня остался всего один доллар. Ты не мог бы одолжить мне немного? Я получу пенсию и рассчитаюсь.

Пока он говорил, собака крадучись подошла и, посмотрев на хозяина, вновь принялась рыть землю.

– Убери свою чертову собаку! – закричал я и, схватив полено, бросил в нее. Собака опять отлетела к двери. Рикс ошеломленно посмотрел на меня.

– Разве можно так обращаться с бессловесным животным? Тебе должно быть стыдно!

– Вон отсюда! И ты, и твоя чертова собака!

Рикс озадаченно смотрел на яму, вырытую собакой:

– Вы что-нибудь здесь закапывали?

Я чувствовал, как пот заливает мне глаза.

– Нет… Ну же! Я жду!

Вместо этого он согнулся над ямой и присел на корточки, разглядывая ее.

– Здесь кто-то копал.

Он запустил в яму свои клещеобразные руки и стал разгребать рыхлую землю. Будто почуяв поддержку, собака опять подошла. Рикс нетерпеливо отпихнул ее.

– Может, Карл закопал здесь свои деньги? – пробормотал он. – У него достанет ума! Давай посмотрим? Кирка есть?

Меня уже охватила паника. Я двинулся вперед и по выражению моих глаз Рикс понял, что шутить я не собираюсь. Он быстро поднялся и подался назад.

– Ладно, ладно, парень, не нужно нервничать, – заюлил он, пятясь вместе с собакой. – Я сказал просто так, не обращай внимания.

– Убирайся! И чтобы больше я тебя здесь не видел! – закричал я. – Ну? Вон отсюда!

– А как насчет пяти долларов взаймы? – продолжал скулить он, но уже за пределами сарая.

– От меня ты ничего не получишь, – ответил я, выходя вслед за ним. – Я жду!

Он уже был у своей разбитой машины. Взявшись за ручку двери, он остановился и погрозил кулаком.

– Ладно, пусть будет по-твоему, парень, – сказал он, и в его голосе слышалось злорадство. – Я еду в полицию! Я попрошу их поискать Карла! Вы с этой проституткой нежились и целовались…

Я рванулся вперед, и он покатился по земле от удара в челюсть. Я был настолько вне себя, что даже не заметил, как к колонке подрулил грузовик. Собака, увидев хозяина распростертым на земле, спряталась в машине. Шофер вылез из грузовика и с решительным видом бросился ко мне.

– Эй, если тебе приспичило драться, выбирай противника по своему возрасту и весу!

У меня было искушение уложить и его, но я знал, что для дела это плохо – водители обмениваются информацией. Я подавил ярость и отступил назад. Рикс, шатаясь, поднимался с земли.

– Хорошо, хорошо, – сказал я шоферу. – Вы правы. Я просто вспылил и жалею об этом, но этот подонок изо дня в день является сюда вымогать что-нибудь и сводит меня с ума.

Шофер начал успокаиваться.

– А-а, что ж… но ударить пожилого человека… – Он посмотрел на Рикса. – Вымогатель, говоришь?

– Он самый. Причем с мертвой хваткой.

Шофер совсем успокоился.

– Извини, что я вмешался. У меня самого тесть точно такой же. Заправиться можно?

– Конечно. Сейчас иду.

Он вернулся к грузовику. Рикс медленно, корчась от боли, залез в машину. Он держался за челюсть и что-то бормотал.

Я вытащил десять долларов и протянул ему.

– Держи… И на этом – все! – сказал я.

Он завел мотор. Трясущейся рукой взял купюру, скомкал ее и бросил мне в лицо.

– Тебе это даром не пройдет, – прошипел он. Его злобное лицо было искажено бешенством. – Я еду в полицию!

Он нажал на газ, и машина рванулась с места. Я понял, что совершил серьезную ошибку, ударив его. Он казался мне таким бесхребетным попрошайкой, что я надеялся рассчитаться за удар десятью долларами. Не тут-то было!

Я поднял купюру, разгладил ее и положил в бумажник. Сердце сжималось от страха. Подойдя к грузовику, я заправил бак. Шофер с любопытством посмотрел на меня. Он видел, как Рикс швырнул мне деньги, но ничего не сказал.

Когда грузовик уехал, я вернулся в сарай и отодвинул верстак с могилы Йенсена. Заровняв яму, вырытую собакой Рикса, я навалил на это место металлолом, лежавший у стены. Над могилой появилась солидная груда металла. Работая, я думал о Риксе. Обратится ли он в полицию? В том настроении, в каком он уехал, пожалуй, обратится, но станут ли там его слушать? Если полицейские заявятся сюда, я пропал. Может, мне лучше собраться и уехать, пока есть такая возможность?

Не придя ни к какому решению, я вышел из сарая и пошел к закусочной. Около колонки стоял покрытый пылью «линкольн». Я был так занят своими мыслями, что даже не слышал, как он подъехал. За рулем сидел мужчина, в лице которого было что-то знакомое. Он вылез из машины и направился ко мне. На нем был потрепанный, мятый костюм, а на затылке сидела видавшая виды шляпа. Я узнал его: мое сердце сначала замерло, а потом учащенно забилось.

Человек, шагавший мне навстречу, был Рой Трэйси.